Судебную реформу приводят в исполнение

13.11.2013

Вчера Госдума голосами 351 из 450 депутатов одобрила в первом чтении поправки к Конституции, меняющие судебную и прокурорскую систему.

Жаркой дискуссии вокруг изменения Основного закона, который в последний раз правили в 2008 году, не возникло. Вопросы к президентской инициативе выдвинули только представители фракции КПРФ.
Поправки к Конституции принимались так же буднично, как и любой другой закон. Снаружи Госдумы протестующих не было. Внутри, как заранее было известно, консолидированно против инициативы выступила только фракция КПРФ (92 депутата из 450). Расклад сил оказался уже устоявшимся для Думы шестого созыва, где потерявшие конституционное большинство единороссы (238 мандатов) для принятия поправок, требующих две трети голосов, уже неоднократно прибегали к поддержке фракций «Справедливой России» (64 депутата) и ЛДПР (56).
Спикер нижней палаты Сергей Нарышкин, который последние месяцы активно занимался подготовкой к юбилейным мероприятиям в честь 20-летия Основного закона и пропагандой «идей Конституции», открывать дискуссию не стал. Ответственность легла на плечи первого вице-спикера от КПРФ Ивана Мельникова. Не стал спикер и подводить итоги обсуждения — вместо этого перед перерывом уже вполне торжественно пригласив коллег посмотреть «интересные фотоматериалы» в честь «20-летнего юбилея российского парламента».
Законопроект с поправками к Конституции «О Верховном суде и прокуратуре» и переходными положениями к ним президент внес 7 октября. Он предполагает исключение из Основного закона упоминаний об арбитражном суде (и создание единого Верховного суда), а также упоминания о прокуратуре как «единой централизованной системе с подчинением нижестоящих прокуроров вышестоящим» (с закреплением особой роли президента при назначениях не только генпрокурора, но и его подчиненных).

Хотя думский регламент предполагает особый порядок обсуждения поправок к Конституции, его придерживаться не стали. Как представитель автора инициативы выступил с докладом полпред президента Гарри Минх и содокладчик — глава профильного комитета Владимир Плигин. Они объяснили депутатам, что создание единого ВС с упразднением ВАС позволит «выработать единые подходы в правоприменительной практике», а поправки по прокуратуре повысят ее статус. Приглашать генпрокурора Юрия Чайку, чтобы выслушать его мнение, Госдума не стала. ВС и ВАС ограничились направлением официального отзыва («Ъ» сообщал о них 12 ноября), как и правительство, выступление представителя которого предполагалось по регламенту палаты.
Не проявили рвения в отстаивании Конституции и сами депутаты, а лидеры фракций от этого вопроса просто устранились.

«Если мы рассмотрим Фемиду, где на одной чаше совесть и справедливость, а на другой — телефонное право и серые коррупционные схемы,— заявил депутат от ЛДПР Ярослав Нилов, демонстрируя небольшую статуэтку,— то серые схемы часто перевешивают». Но, выразив скептицизм по поводу того, что реформа повысит доверие к судебной системе, в ЛДПР решили законопроект поддержать. Справороссы же сочли реформу «очень своевременной», как заявил депутат Александр Тарнавский: «судьи себя посчитали слишком независимыми, в том числе от закона». А Александр Агеев напомнил о «серьезных разночтениях» в правоприменительной практике ВС и ВАС и участившихся «случаях взаимных упреков руководителей судов в СМИ».

Коммунист Анатолий Локоть выразил опасение, о котором говорило в своем отзыве и руководство ВАС: «После изменения Конституции, слияния судов произойдет дальнейшая ликвидация всей системы арбитражных судов». Справоросс Дмитрий Гудков недоумевал, зачем «объединять не очень хорошее с очень плохим (ВАС с ВС.— «Ъ»)». Гарри Минх в ответ заверил депутатов, что «функционал ВАС станет функционалом нового Верховного суда», и это не должно затронуть «функционирование подсистем».

Бывший прокурор Юрий Синельщиков (КПРФ) пытался выяснить, зачем нужна ликвидация принципа «единства и централизации прокуратуры». А его коллега по фракции Сергей Решульский опасался, что теперь генпрокурору придется ходить по кабинетам Кремля для согласования кандидатур прокуроров. «Не надо здесь представлять, что бедный генпрокурор будет толкаться во все кабинеты администрации. Вы прекрасно осведомлены, что это происходит совсем не так»,— ответил господин Минх. Он заверил, что прокуратура «остается единой централизованной системой», и это единство обеспечит президент благодаря участию в процедуре назначения.
Если бы генпрокурора назначал президент, то «логично было бы, что и вся система контролируется президентом», заявил «Ъ» завкафедрой конституционного права ВШЭ Михаил Краснов. Но ведь законодатели сохранили действующую норму ст. 129 Конституции, по которой генпрокурор «назначается на должность и освобождается от должности Советом федерации по представлению президента». Прокуратура могла бы подчиняться президенту, отметил он, но «тогда нужно, чтобы президент был только хранителем конституционной законности». «В том-то драма и состоит, что президент одновременно принуждается Конституцией быть политическим игроком,— заявил господин Краснов.— И никто из реальных президентов никогда не отказывается от того, чтобы играть на стороне одной из конкурирующих политических сил».

Второе чтение законопроекта запланировано уже на 20 ноября. В 2008 году, когда речь шла об увеличении сроков полномочий президента и Госдумы, принятие поправок заняло меньше двух месяцев: первое чтение законопроекта тогда также прошло в середине ноября, а в силу поправки вступили после одобрения заксобраниями субъектов РФ уже 31 декабря.

Есть и еще сходство: пять лет назад в кулуарах нижней палаты депутаты с уверенностью говорили о том, что конституционная реформа проводилась экс-президентом Дмитрием Медведевым под собирающегося вернуться в Кремль Владимира Путина, теперь депутаты также увидели в поправках кадровую составляющую. «Ходили упорные слухи, что объединение судов произойдет и якобы это готовилось под Дмитрия Медведева (премьер-министра.— «Ъ»). Так ли это?» — поинтересовался у Гарри Минха коммунист Николай Рябов. «Среди общественности и лиц, занимающих государственные должности, есть сторонники конспирологических теорий»,— отметил полпред президента, добавив, что сейчас обсуждаются не кадровые назначения, а правка законодательства.